Неточные совпадения
Эта мысль заставляет усиленнее биться
сердца поборников правды и
укрепляет силы, необходимые для совершения подвига.
Ему что-то говорило, что если б он мог пасть к ее ногам, с любовью заключить ее в объятия и голосом страсти сказать ей, что жил только для нее, что цель всех трудов, суеты, карьеры, стяжания — была она, что его методический образ поведения с ней внушен был ему только пламенным, настойчивым, ревнивым желанием
укрепить за собой ее
сердце…
И ничего такого, что созидает,
укрепляет и утверждает, наполняя трепетною радостью
сердца всех истинно любящих свое отечество квартальных надзирателей!
Но,
сердце укрепив свободой и терпеньем,
Я ждал беспечно лучших дней...
Одной из первых получила это приглашение княгиня Васса Семеновна Полторацкая. На адресованном ей конверте была приписка: «с дочерью». Эта приписка появилась на конверте вследствие доклада, сделанного управителем, о том, что у княгини Полторацкой, ближайшей соседки Луговой, есть красавица дочь. Княгиню Вассу Семеновну она не только сильно польстила, но и
укрепила питаемые ее
сердцем надежды.
Утром и вечером князь Сергей Сергеевич горячо молился, и молитва
укрепляла его, поселяла надежду в его истерзанном
сердце. Он терпеливо ждал свидания, которое должно было, по его мнению, разъяснить все.
С тех пор мы ежедневно встречались по нескольку раз, и он всегда говорил, что первая обязанность помпадура — это править по
сердцу министров. Я же, со своей стороны, ободрял и
укреплял его в этой мысли, доказывая, что радоваться, когда
сердца начальников играют, несомненно покойнее, нежели рисковать слететь с места за показывание кукиша в кармане.
Этим возгласом души старой монахини, на мгновенье допустившей себя до мысли с земным оттенком, всецело объяснялось невнимание к лежавшей у ее ног бесчувственной жертве людской злобы. Мать Досифея умолкла, но, видимо, мысленно продолжала свою молитву. Глаза ее были устремлены на Божественного Страдальца, и это лицезрение, конечно, еще более
укрепляло в
сердце суровой монахини идею духовного наслаждения человека при посылаемых ему небом земных страданиях.
Между этими дамами одна отличалась чудною красотою и собольею островерхою шапочкой наподобие
сердца, посреди которой алмазная пряжка
укрепляла три белые перышка неизвестной в России птицы. Черные локоны, выпадая из-под шапочки, мешались с соболем воротника. Если б в старину досталось описывать ее красоту, наши деды молвили бы просто: она была так хороша, что ни в сказках сказать, ни пером написать. Это была молдаванская княжна Мариорица Лелемико.
«Несчастный Егор, — думал Гладких, возвращаясь в высокий дом. — Тебя все считают преступником, зверем, ты неповинно несешь бесчестие и позор за другого, но знай, что этот другой будет наказан горше твоего судом Божьим. Бог видит, Егор, твое благородное
сердце, и Он
укрепит тебя за твою решимость отплатить за добро добром твоему благодетелю. Он спас тебе жизнь, ты делаешь более, ты спасешь его честь».
Счастье первой любви туманит рассудок. Время
укрепило и усилило эту любовь, и Марья Петровна не видела в этом ничего дурного. Она любила без расчета и рассуждения, и ей казалось, что как она отдала ему свое
сердце, так же отдала бы и свою жизнь. Она вся принадлежала ему — одному ему… Переживая весну любви, никогда не думают об ее осени.
Заговор-молитва от чорта произносится и теперь: «Ангел мой, сохранитель мой! сохрани мою душу,
укрепи мое
сердце на всяк день, на всяк час, на всякую минуту.
Сверх же нас, то есть куколок, представляющих нас, чорт его знает, как он умудрился, невидимо за что,
укрепить и повесить божка Амура, державшего над нами пылающие
сердца.
«Боже отец наших! Помяни щедроты Твоя и милости яже от века суть; не отвержи нас от лица Твоего, ниже возгнушайся недостоинством нашим, но по велицей милости Твоей и по множеству щедрот Твоих, презри беззакония и грехи наша.
Сердце чисто созижди в нас, и дух прав обнови во утробе нашей; всех нас
укрепи верою в Тя, утверди надеждою, одушеви истинною друг к другу любовью, вооружи единодушием на праведное защищение одержания еже дал еси нам и отцем нашим, да не вознесется жезл нечестивых на жребий освященных.